Автозаправки Восточной Пруссии

Автозаправки Восточной Пруссии

По данным статистического ежегодника Германского рейха за 1933 год, в 1932 году Кёнигсберг занимал 30-е место по показателю плотности автомобилей (количество жителей на автомобиль) среди пятидесяти крупных городов  Германии.

 

Статистика по «автомобилизации» некоторых городов Германии на 1 июля 1932 г.

 

Но автомобиль должен ездить. А чтобы он ездил, его нужно заправлять. Вот о автозаправках мы и поговорим.

Интересный момент —  Германия в 1928 году  заняла почётную нижнюю строку, имея одну заправку на две тысячи населения.  Впереди были Англия, Дания, Франция, Швейцария и Голландия.

 

Статистика по АЗС в Европе в 1928 г.

 

Однако, это не значит, что заправок было мало.

Разветвлённая сеть автомобильных дорог, бурно развивающийся автопром, активный туристический бизнес, — всё это способствовало появлению такого количества АЗС, которого на территории нынешней Калининградской области и по сей день нет. Нынче у нас, к слову сказать,  одна заправка на пять с лишним тысяч жителей (население области 1 027 678 человек, заправок 186 штук — результат 5 525 человек на одну заправку).

Что уж сравнивать показатель “заправка на количество автомобилей”, в Германии в том же 1928 году он равнялся 31.

Основу бензобизнеса поначалу составляли небольшие одиночные колонки, расположенные на обочинах дорог и городских улиц, и обеспечивающие дополнительный доход гостиницам, аптекам, магазинам, ресторанам, авторемонтным мастерским.  На колонках устанавливались сначала ручные насосы, позже их стали оснащать электроприводом.

 

Заальфельд (сейчас Залево, Польша). Бензоколонка Esso-Standard. Это ещё не полноценная АЗС, но уже и не ручной насос, как в начале бензиновой эры… 1930-е г.г.

 

Вложения в строительство таких бензоколонок были сравнительно низкими, и хотя требования по установке были жесткими, заправки быстро стали функциональным украшением городских и придорожных пейзажей.

Справедливости ради, нужно отметить, что такое огромное количество автозаправок в  Германии тридцатых годов  ХХ века (и не только в ней) в сравнении с современной ситуацией было вызвано не только реальной в них потребностью, но и тем, что стоимость установки бензоколонки и связанной с нею инфраструктуры в виде подземной ёмкости для бензина, была невысока, особых проблем с получением разрешения для её установки не было, и позволить себе организовать дополнительный источник дохода могли хозяева даже самых мелких бизнесов. Часто можно видеть, что наличие автозаправки преподносилось в рекламных проспектах гостиниц или автомастерских как некая дополнительная опция для клиентов, сродни нынешнему бесплатному интернету. Хотя именно разветвлённая сеть заправок позволяла тогда автомобилистам перемещаться по стране не только по основным автодорогам, не опасаясь при этом заглохнуть где-то в сельской глуши. Кроме всего прочего, на заправках, зачастую, ещё продавали моторное масло и свечи зажигания.

 

Эскиз архитектурного проекта АЗС. В 1927 году известный немецкий архитектор Ганс Пёльциг  разработал проект автозаправочных станций из быстровозводимых конструкций. В дальнейшем его проект использовался для сети АЗС Leuna.

 

Тридцатые годы прошлого века были периодом значительного роста немецкой экономики.  На рынок выходят крупные сети, владеющие огромным числом заправок по всей стране. Мелких торговцев стремительно вытесняют с рынка  крупные немецкие и зарубежные компании. Зарождается та самая, привычная нам сейчас, архитектура автозаправочных станций, они оборудуются кассами, навесами от осадков, на них устанавливают сразу по нескольку бензоколонок, и уже станции техобслуживания зачастую становятся дополнительной услугой, так же, как и ресторан, и гостиница.

Проектированием автозаправочных комплексов (Grosstankstelle) занимались известные немецкие архитекторы и дизайнеры, например, Ганс Пёльциг (Hans Poelzig), автор проекта Дома радио (1931) в Берлине,  Петер Беренс (Peter Behrens), спроектировавший здание посольства Германии (1912) на Исаакиевской площади в Санкт-Петербурге, Гельмут Гентрих (Helmut Hentrich), прославившийся в Германии в 1960-70-е годы проектами высотных зданий необычной формы, Вернер Марх (Werner March), автор Олимпийского стадиона в Берлине и другие архитекторы.

Первая «полноценная» Grosstankstelle, «американского типа», была открыта ещё в 1927 году в Гамбурге на Худтвалькерштрассе. В дальнейшем «джентльменский набор» подобных АЗС, помимо здания и крыши-навеса, в обязательном порядке должен был состоять из минимум двух бензоколонок, одной колонки для розлива моторного масла и дядьки-заправщика, колдовавшего над моторами и бензобаками автомобилей добропорядочных бюргеров, и способного, в случае необходимости, оказать экстренную ремонтную помощь. Наличие «дядьки» (между прочим, просто так, с улицы, устроиться работать заправщиком было нельзя — надеть униформу можно было лишь после прохождения специального обучения) обуславливалось, не в последнюю очередь,  и пожароопасностью самого процесса заливки топлива.

В дальнейшем менялся дизайн и площадь зданий, размеры крыши-навеса, количество колонок и заправщиков, но принципиально  АЗС остаются такими же, какими они были и 100 лет назад.

 

Автозаправка на рейхсавтобане возле Франкфурта-на-Майне. В плане территория АЗС представляла собой треугольник. Крыша имела форму в виде двух крыльев. Под каждым «крылом» находилось по три колонки. Построена в 1937 году по проекту архитектора Карла Августа Бембе (Carl August Bembé).

 

Некоторые сохранившиеся до наших дней АЗС, построенные в 1930-е годы, в Германии являются памятниками архитектуры. Возведены они были, по большей части, вдоль автобанов, активное строительство которых началось как раз в начале 1930-х.

 

Автозаправка, построенная на обочине автобана в 1937 году по проекту архитектора Фридриха Таммса (Friedrich Tamms)  в так называемом «домашнем стиле» (Heimatschutzstil). Этот стиль стал особенно популярным в нацистский период и характеризовался историзмом в архитектуре и использованием «традиционных» материалов, присущих данной местности.

 

В сельской же местности, на второстепенных дорогах, АЗС строили, по большей части, по типовым проектам из быстровозводимых элементов. Выглядели они довольно незатейливо и представляли собой небольшое здание, в котором располагались касса, туалет и небольшое торговое пространство. На  это здание опиралась прямоугольная крыша-навес, две трети которой при этом поддерживали кирпичные или металлические колонны, между которыми находились бензоколонки и имелся проезд для автомобилей. Или же это был только навес, опирающийся на столбы или колонны, а здание, где располагался персонал АЗС и торговое помещение, находилось в некотором отдалении.

 

Развилка дорог в Таплакен (сейчас Талпаки) была отмечена современной автозаправкой Standard. (Тогда еще прикормили место для известной многим чебуречной…). 1930-е г.г.

 

Замелукен (Брюккенталь), крайс Гумбиннен. Этот населённый пункт, располагавшийся на рейхсштрассе 132, соединявшей когда-то Тильзит (Советск) с Лыком (сейчас Элк, Польша), больше не существует. А в довоенное время, как мы видим, придорожная АЗС в этой деревушке пользовалась у автовладельцев немалым успехом. 1930-е г.г.

 

В середине 1930-х в Германии насчитывалось уже без малого 56000 заправок!  Из них только 2788 АЗС были независимыми. Львиная  же доля рынка принадлежала так называемой «большой пятёрке». В неё входили:  DAPG — 18327 заправок (треть рынка!), Shell  — 16363, B.V. — ARAL —  7740, Olex — 6098 и  Leuna — 3315 заправок.

 

Логотипы «Большой пятёрки».

 

Именно производители моторного топлива диктовали правила на рынке. Желающие продавать топливо определённого бренда заключали долгосрочные контракты с производителем и только в этом случае могли осуществлять продажу его продукции. Независимые заправки с их долей на рынке ок. 5% не играли существенной роли. Покупая топливо у крупного производителя они не имели права продавать его под его брендом, и продавали топливо и масло «no name».

Немудрено, что чаще других на открытках и фотоснимках тех лет оказываются заправки лидера бензиновой отрасли немецко-американской компании DAPG (Deutsch-Amerikanische Petroleum Gesellschaft). Dapolin, Standard, Esso — это товарные знаки этой фирмы в разные годы.

 

Гросс-Фридрихсдорф (сейчас Гастеллово). Заправочная станция  DAPG с более поздним своим логотипом ESSO. Конец 1930-х г.г.

 

Перед нами квитанция, выписанная в Гамбурге в 1929 году.  

 

Счёт с заправки DAPG за 40 литров бензина. Литр бензина стоил чуть меньше 33 пфеннигов.

 

Согласно этому гамбургскому счёту, 40 литров бензина Dapolin в феврале 1929 года обошлись покупателю в 13 рейхсмарок.

Дорого ли это? Во время экономической депрессии средняя зарплата промышленного рабочего составляла 2000 рейхсмарок в год.  Однако, простому люду купить авто было не так-то просто. Существовали трудновыполнимые правила, согласно которым, вместе с денежным взносом надо было копить марки (похожие сейчас предлагают в супермаркетах, предоставляющих скидку на  определенный товар, если собраны наклейки). Невыполнение обязательств лишали права покупки без каких-либо компенсаций.

Позволить себе машину могли только состоятельные люди. Для них стоимость бензина, возможно, не выглядела баснословной,  даже при расходе топлива в 15-20 литров. А элитный Mercedes-Benz 770, между прочим,  съедал 28-30 литров на 100 км!

 

Рекламный плакат зазывает на заправку Shell: «Стой! Бензин по 26 пфеннигов!». 1930 г.

 

Реклама, как известно, двигатель прогресса. Привлечь потенциального клиента на свою заправку можно только выделившись среди конкурентов. Поэтому владельцы автозаправок использовали для этого не только призывные плакаты.

Радовали глаз даже обыкновенные бланки квитанций об оплате.

 

 Оцените фирменный бланк Dapolin-Esso. 10 литров бензина обошлись в 2,9 марки. 7 марта 1931 г.

 

Рекламный отдел компании Shell в довоенный период выпустил сотни карт автодорог и планов крупных немецких городов,  тематических туристических карт и много другой картографической продукции (для любителей водномоторного транспорта выпускались, между прочим, свои карты!). Особенно примечательны дорожные карты Shell 1936/37, 1938 и 1939 годов выпуска, которые были доступны бесплатно (что не сделаешь для привлечения клиентов!) на заправочных станциях Shell. Благодаря картам городов Shell можно было приблизительно сориентироваться в каждом крупном городе Германии и исследовать его с туристической точки зрения.

 

Бесплатная карта Восточной Пруссии и Мемельланда, выпущенная компанией Shell в 1939 г.

 

Шелловские заправки   были разбросаны по всей Германии — от Рейна до Мемеля. Только в одном Кёнигсберге, согласно плану города, изданному Shell в 1935 году, их насчитывалось 37!

 

Фрагмент плана Кёнигсберга (Shell Stadtkarte Nr.22 — Königsberg 1934/1935). В городе насчитывалось 37 заправок Shell. Из них 3 были полноценными АЗС. Обращает на себя внимание аж целых 4 рядом стоящих бензоколонки Shell, расположенных на территории острова Ломзе (сейчас Октябрьский).

 

Ещё одной крупной сетью АЗС (хотя и значительно уступавшей лидерам рынка по количеству собственных точек) в довоенный период являлась Leuna (произносится «Лёйна»). До сих пор действующее, одно из крупнейших в Германии химических предприятий из одноимённого города в Саксонии, помимо всего прочего, начиная с 1927 года выпускало искусственное жидкое топливо. Для этого использовался метод гидрогенизации бурого угля. На территории Восточной  Пруссии в 1935 году было 94 заправки Leuna.

 

Список восточнопрусских заправок Leuna, опубликованный в атласе дорог (Deutsche Gasolin AG: Leuna Zapfstellen-Atlas) в 1935 г.

 

Больше всего заправок имелось, что очевидно, в Кёнигсберге: 7 штук.  В Эльбинге (сейчас Эльблонг) было 2 заправки и третья строилась. На большинстве заправок уже были установлены телефоны. По количеству цифр в телефонных номерах (наличие телефона на конкретных заправках обозначено буквой F, от немецкого слова Fernsprecher — телефон) можно догадаться, какой населённый пункт больше (4 цифры), а какой меньше (3 или даже 2 цифры).

 

К десятилетию начала производства искусственного бензина Leuna выпустила листовку, сообщающую, что «Ежегодно в Германии используются сотни миллионов литров топлива LEUNA, потому что заправочные станции LEUNA пользуются доверием немецких автомобилистов.” 1937 г.

 

Тапиау (сейчас Гвардейск). Заправка Leuna видна по левому обрезу снимка. Её владельцем являлась фирма «Залевски и Ко».  Основным профилем данной конторы была торговля оборудованием для сельского хозяйства, бытовыми приборами, включая радио, а также велосипедами и мотоциклами.

 

Тапиау. Ещё одна заправка Leuna находилась на Нойштрассе (сейчас ул. Гагарина). И, похоже, что сейчас на её месте находится автобусная станция. С этой заправкой не всё ясно, т.к. она не фигурирует в списках официальных заправок, опубликованных Leuna на своих дорожных картах. Возможно, что открылась она уже в самом конце 1930-х — начале 1940-х. Здание АЗС построено в стиле Heimatschutz.

 

Голубой ромб с вписанными в него белыми буквами ARAL знаком многим автолюбителям не только в современной Германии. Автомобильное масло под этим брендом продаётся уже много лет и в нашей стране. К Аральскому морю, как можно было бы подумать, название этого бренда отношения не имеет. История ARAL, как и история Leuna,  начиналась с химического производства и продажи различных попутных продуктов, образующихся при производства кокса. Иными словами — снова синтетическое моторное топливо. В 1924 году, даже раньше, чем Leuna, химики предприятия Benzol-Verband (B.V. — «Бензольная ассоциация») изобрели новый вид бензина, состоящий из смеси бензола (принадлежащего к АРоматическим органическим соединениям) и газолина (относящегося к АЛифатическим соединениям). Новый вид топлива и получил название ARAL. В 1939 году B.V. выпустила на рынок и первое в мире синтетическое всесезонное моторное масло ARAL Kowal.

По своим масштабам сеть автозаправок  B.V. — ARAL перед Второй мировой войной занимала одно из ведущих мест не только в Германии, но и в Европе в целом. И хотя в дальнейшем ARAL сдала свои позиции, на сегодняшний день она по-прежнему является крупнейшей сетью АЗС в Германии.

Компания B.V. — ARAL  с середины 1930-х годов тоже выпускала  дорожные карты.

 

Фрагмент карты автодорог Восточной Пруссии масштаба 1:500 000, изданной B.V. — ARAL в 1935 году. Красные и синие флажки на карте B.V. — ARAL  указывают водителю точки заправки дизельным топливом и беваулином (BeVaulin) — BV продавал топливо с таким названием. 

 

В Тильзите (сейчас Советск) было две заправки BV. Одна из них, на Кёнигсбергерштрассе (сейчас Калининградское шоссе), находилась примерно там, где и сейчас стоит АЗС «Кристалл». Вторая располагалась на Дойчештрассе (ул. Гагарина) примерно напротив супермаркета «Spar».  А вообще, как  можно заметить, планы городов, размещённые на дорожной карте, несмотря на кажущуюся схематичность, в эру отсутствия навигаторов вполне могли помочь сориентироваться в незнакомом городе среднестатистическому автомобилисту.

 

Ну и несколько слов о ещё одной сети автозаправок — Olex. Именно эта, первоначально австрийская, фирма открыла в 1922 году самую первую автозаправку в Германии, в городе Ганновере, на Рашплац. Более того, и само  название автозаправки на немецком — Tankstelle — появилось также благодаря Olex.

 

 

Заправкой в нынешнем понимании этого слова ту первую конструкцию назвать, конечно, сложно. Это было небольшое строение в виде киоска высотой чуть более 3 м, внутри которого располагался топливный насос, скрытый от глаз покупателя топлива. Под самим киоском, ниже уровня земли, были расположены резервуар для топлива, компрессор для подачи бензина с помощью углекислого газа фирмы Martini & Hüneke и 20-литровая мерная ёмкость.

Заправка-киоск Olex в Ганновере. 1923 г.

Бензин не нужно было накачивать механическим насосом. Углекислый газ, в отличие от воздуха, не образовывал, в совокупности с бензином, взрывоопасную смесь. Недостатком, однако, было то, что при такой системе подачи бензин часто лился, как шампанское, а заправкой обычно занимался сам водитель, контролирующий подачу топлива в бак.  Дежурный же на АЗС находился внутри «киоска»,  управлял самой колонкой и следил за количеством подаваемого топлива.

В целом же функциональность подобных заправок уступала их внешнему виду, да и себестоимость «киосков» была немалой, посему они не получили широкого распространения. Считается, что последняя подобная заправка была построена в начале 1926 года.

 

 

Путем многочисленных продаж и покупок долей, в конце 1920-х годов Olex оказалась под контролем небезызвестной компании ВР (British Petroleum) и в дальнейшем логотип ВР стал присутствовать  на всех заправках Olex.

В Восточной Пруссии автозаправки Olex на фотоснимках и почтовых открытках редкие гости.  Поэтому поделимся тем, что всё же удалось отыскать на просторах интернета.

 

Кранц (сейчас Зеленоградск). Заправку Olex так сразу и не разглядишь на этом фото. А она есть! Между лошадью, запряженной в бричку, и велосипедистом, едущим по Кёнигсбергерштрассе (нынешнему Курортному проспекту). На бензоколонке ещё нет надписи BP. Поэтому можно предположить, что данный снимок сделан не позже конца 1920-х годов. Владельцем данной заправки был некто Оскар Аншютц, хозяин автомастерской, расположенной в доме № 21. (Благодарим за  предоставленный снимок и зоркий глаз журналиста зеленоградской газеты «Волна» Татьяну Нечаеву).

 

Хайлигенбайль (сейчас Мамоново). Нечастый сюжет — под одной крышей сразу три конкурирующих бренда: B.V. — Aral, BP-Olex и Shell. 1930-е г.г.

 

1936 год. Стоимость бензина BP-Olexin — 42 пфеннига,  BP-Benzin — 38 пфеннигов за литр.

 

Как и остальные соперники по бизнесу, Olex издавал собственные дорожные карты и атласы, на которых  указывал места расположения своих автозаправок.

 

В Кёнигсберге в 1939 году насчитывалось 16 заправок Olex. Фрагмент атласа дорог Германии.

 

В Инстербурге — 4 заправки.

 

В Тильзите — 2. Одна — прямо напротив моста королевы Луизы, недалеко от въезда на погранпереход.

 

Ну и напоследок ещё несколько иллюстраций по теме:

 

Тремпен (сейчас Новостроево).  Бензоколонка Standard на Рыночной площади. Почтовая открытка. 1930-е г.г.

 

Бишофсбург (сейчас Бискупец, Польша). Бензоколонка прямо посреди площади Мюллендамм. Почтовая открытка. 1930-е г.г.

 

Первой бензоколонкой в Германии была колонка Dapolin системы D.A.P.G. I. (1923 г.). Первоначально она производилась компанией Gilbert & Barker в США, а затем по лицензии в немецком городе Зальцкоттен. Именно подобные колонки, устанавливавшиеся на тротуарах и у обочин дорог, и вытеснили в итоге заправки-киоски, разработанные Olex.

 

Гердауэн (сейчас Железнодорожный). Бензовоз Leuna стоит на Рыночной площади (сейчас угол улиц Черняховского и Первомайской).  Заправка Leuna  находилась по адресу Маркт, 44, рядом с отелем «Кёниглихер Хоф».  Почтовая открытка, 1930-е г.г.

 

Гердауэн. Рыночная площадь. Вид на отель «Рейх».  Рядом с отелем видна  ещё одна заправка чуть левее автобуса. Почтовая открытка, после 1935 г.

 

Туристическая карта Shell для автомобилистов. Предлагается кольцевой маршрут по западной части Восточной Пруссии: Кёнигсберг — Бальга — Браунсберг (Бранево) — Фрауэнбург (Фромборк) — Эльбинг — Мариенбург (Мальборк) — Мариенвердер (Квидзын) — Дойч Эйлау (Илава) — Остероде (Оструда) — Хоэнштайн (Ольштынек) — Алленштайн (Ольштын) — Гуттштадт (Добре Място) — Вормдитт (Орнета) — Хайльсберг (Лидзбарк Варминьски) — Пройссиш Эйлау (Багратионовск) — Кёнигсберг. 1930-е г.г.

 

Бранденбург (сейчас Ушаково). Заправка Standard возле ресторана и гастхауса Леманна. 1930-е г.г.

 

Бранденбург. Заправка Леманна обзавелась надписью Standard. 1930-е г.г.

 

Скромная почтовая открытка, издана до 1931 года. Схема автомобильных дорог с указанием  автозаправочных точек  сети Dapolin на территории Восточной Пруссии. Скрытый калькулятор  — километраж на карте — поможет рассчитать запасы топлива. Поделитесь  же с другом информацией о наличии бензина и моторного масла на пути следования! Почтовая марка, адрес — и разлетелась реклама!

 

Ангербург (сейчас Венгожево, Польша). АЗС B.V.-Aral на бывшей Банхофштрассе, 7. Левее заправки виден въезд в авторемонтную мастерскую. На заправке также имелась мойка автомобилей. Почтовая открытка. Ок. 1935 г.

 

Каркельн (сейчас Мысовка). Это в наши дни, чтобы заправить автомобиль, жителям Мысовки нужно ехать до ближайшей заправки в районный центр — ни много, ни мало аж 40 км. А в 30-е годы прошлого века, несмотря на то, чтобы автомобиль был роскошью,  прямо на площади возле причала находилась бензоколонка Esso-Standard. На этом фрагменте почтовой открытки её не сразу и  найдешь. Оно и понятно — рыночный день, отовсюду на ярмарку съехались рыбаки (конечно на лошадях) продавать свой улов. Ну а к чему же ещё привязать лошадь, как не к бензоколонке?..

 

Хайлигенбайль. Владелец отеля Кох (а точнее, его наследники) зарабатывал не только на своих постояльцах, но и на продаже моторного топлива. По данным на 1935 год бензоколонка Leuna находилась по адресу Маркт, 38 и владел ею некто Мюллер. К этому времени он же являлся и владельцем отеля. Скорее всего, данный снимок сделан в конце 1920-х — начале 1930-х годов.

 

Алленбург (сейчас Дружба). Рыночная площадь, 1930-е г.г. Снимок интересен тем, что на нём можно увидеть сразу две колонки. Та, которая подальше — бренда Olex. А вот та, возле которой стоят два молодых человека в шортах, — называется Motanol. Это название моторного масла, которое продавалось на розлив (как и моторное топливо) на бензоколонках, торгующих топливом под брендом Gasolin. Вероятно, на этой бензоколонке можно было одновременно залить в бак топливо, а в двигатель автомобиля масло.

 

Алленбург. Отель «Кёниг фон Пройссен». Перед входом сразу две колонки Shell: левая — для топлива, правая — для масла. 1930-е г.г.

 

Алленбург. Вид на отель «Кёниг фон Пройссен» с другого ракурса: отель находится в левой части снимка. Перед ним та же самая заправка Shell. Интересно то, что под открытым окном, из которого высунулся местный житель, есть белая стрелка-указатель с надписью Shell. 1930-е г.г.

 

Пройссиш Эйлау. Бензоколонка Esso-Standard. 1930-е г.г.

 

Заправка Standard у отеля «Цум Хиршен» (У оленей) в Роминтской пуще. 1930-е г.г.

 

Фишхаузен (сейчас Приморск). Реклама магазина деликатесов и колониальных товаров Вольффа и Раде. В дополнение к кофе собственной обжарки, винному и пивному бару предлагается ещё и бензоколонка Dapolin.

 

И снова Фишхаузен. Здесь вообще полный винегрет из отеля «Замландишер Хоф», к которому прилагается магазин деликатесов, скобяных товаров и бензоколонка. Конец 1920-х — начало 1930-х г.г.

 

Опять Фишхаузен. Улица Лангассе. Между двумя колоннами (в левой части снимка) находится вход в городскую ратушу. А чуть дальше, у тротуара, видна заправка Standard. На самом тротуаре, возле стены дома, возможно, располагается колонка для розлива автомобильного масла. 1930-е г.г. Вполне возможно, что это та самая бензоколонка Dapolin возле магазина Вольффа и Раде в своей последующей инкарнации.

 

Тильзит. Кёнигсбергерштрассе, 113. Заправка Shell. Две колонки — одна для заправки бензином, вторая — масляная. Владелица Йоханна Хедвиг. 1930-е — нач. 1940-х г.г. Возможно, что фрау Хедвиг сменила поставщика, т.к. на этом месте ещё в 1935 году располагалась заправка B.V. — ARAL.

 

С этой заправкой Esso-Standard в Тильзите на Флетхерплатц тоже не всё однозначно. В этом месте, судя по дорожному атласу Olex 1939 года (см. фрагмент выше), должна быть заправка этой сети. Но мы видим то, что видим… Фотография интересна ещё и тем, что на ней запечатлено наводнение, случившееся после разлива Мемеля (сейчас Неман) весной 1942 года.

 

Гросс-Скайсгиррен (сейчас Большаково). Эрих Коссак был настоящим бизнесменом, поэтому владел не только аптекой, но и торговал лаками и красками, обоями и плинтусами, парфюмерией, фототоварами и, разумеется, бензином и моторным маслом от Standard. 1930-е г.г.

 

И снова Гросс-Скайсгиррен. Бензоколонка OLEX, как у же говорилось выше, не частый гость на довоенных фото. Конец 1920-х (?) г.г.

 

Хайнрихсвальде (ныне Славск). Бензоколонка Leuna в атласе 1935 года в этом городке не числилась. Возможно, она появилась здесь позже.

 

 

 

 

 

Источники:

Vahrenkamp R. Die Automobiltechnik als Dienstleistung. Die Entstehung von Werkstätten, Tankstellen, Reifenhandel, Garagenbetrieben und Autohandel in Deutschland 1920 bis 1939. — Working Paper in the History of Mobility No. 22/2017

Vahrenkamp R. Der Automobilhandel 1920 – 1933 in Deutschland als Teil des „Systems Automobil“ und als Anstoß für die Dienstleistungsgesellschaft. — Working Paper in the History of Mobility No. 14/2009 (Stand: 5. Mai 2020)

Kleinmanns J.  alles Super! 75 Jahre Tankstelle. — Katalog zur Ausstellung des Lippischen Landesmuseums Detmold,  2002

www.benzin-price.ru

de.statista.com/statistik/daten/studie/1100231/umfrage/durchschnittseinkommen-in-der-weimarer-republik/

https://quto.ru/journal/autorambler/avtomobili-tretiego-reyha.htm

www.landkartenshop.de

www.landkartenarchiv.de

tankstellenmuseum.de

www.tankdienst.com

www.petrolmaps.co.uk

www.strassengeschichte.de

www.baufachinformation.de

www.geschichtsspuren.de

Википедия

Бильдархив Восточной Пруссии

 

 

Данная статья написана в соавторстве с Татьяной Шатене

 

 

Пивоварение в Восточной Пруссии. Часть II.

Пивоварение в Восточной Пруссии. Часть II.

В предыдущей части уже упоминалось о том, что в первое время после прихода на территорию Пруссии Немецкого ордена пиво варилось исключительно в замковых пивоварнях. Оно потреблялось самой орденской братией, кнехтами и замковой челядью. Практически одновременно  здесь стали появляться и монастыри . На первых порах орден благоволил к монахам-доминиканцам. Первый монастырь был основан в Кульме уже в 1238 году. Затем появились монастыри в Эльбинге (1238), Торне (1263). Монахи в них, разумеется, варили монастырское пиво. Возможно, что часть его перепадала и колонистам, прибывающим из немецких земель в Пруссию. Но общее количество монастырей в Пруссии было невелико и на порядок уступало замкам. Так что говорить о каком-либо влиянии монастырского пивоварения на Пруссию не приходится.

По мере увеличения количества немецких колонистов в прусских землях встал и вопрос об обеспечении их «жидким хлебом», поскольку пиво в средние века входило в ежедневный рацион практически любого жителя Северной и Центральной Европы — горожанина, крестьянина, феодала, священнослужителя.

Право на варку слабого пива для собственных нужд имел каждый свободный гражданин. Но качество такого пива, сваренного в домашних условиях, было низким и зависело, в общем-то, зачастую даже от не столько от умения доморощенного пивовара, а от случая. Кроме того, оно  (почти или совсем) не содержало алкоголя. И его запрещалось продавать. Соответственно, нельзя его было и купить. Ситуация стала меняться с возникновением в Пруссии городов. В средние века города получали от правителя той земли, на которой они находились, различные привилегии и права, в том числе и «пивное право» (Braurecht, Braugerechtigkeit, Braugerechtsame, Grutrecht). По мере получения поселениями от Великого магистра Немецкого ордена городских и пивных прав стали появляться и пивоварни,  а также сваренное на них полное (то есть содержащее алкоголь) пиво, которое уже продавалось и покупалось. Ранее мы рассмотрели технические вопросы средневекового пивоварения. Ниже пойдёт речь о том, что из себя представлял процесс организации пивоварения.

 

 

 

Цех всему голова

 

Итак, пивные права на территории Пруссии имели крупные города, такие как Данциг (Гданьск), Эльбинг (Эльблонг), Торн (Торунь), города малые, такие как Мариенбург (Мальборк), Фридланд (Правдинск), Браунсберг (Бранево), Велау (Знаменск), и даже небольшие городки, размерами и числом жителей схожие, скорее, с крупными деревнями. Пивная монополия крупных городов распространялась также и на окрестные близлежащие деревни. Небольшие города имели так называемое право «заповедной мили», устанавливающее пивную монополию в поселениях, отстоящих на определенном расстоянии от города (следует заметить, что средневековая миля в разное время и в разных регионах отличалась своей длиной, но можно сказать, что она была значительно больше морской мили, составляя до десятка километров). В деревнях привилегию варить пиво имели лишь некоторые корчмы, и то лишь для торговли пивом в этой же корчме, а не для продажи в других местах. Аристократы в своих имениях могли варить пиво для себя и своей челяди.

 

Brauhaus пиво в средние века
Средневековая пивоварня

 

Пивовар как профессия (сродни пекарю, повару или портному) в Англии, к примеру, впервые упоминается в конце XI века. А в XII  веке мастера-пивовары существовали уже во многих европейских городах. В начале они варили пиво для знатных горожан и аристократов. Постепенно такие мастера освобождались от зависимости и получали право варить пиво самостоятельно, для продажи. В дальнейшем получить право сварить полное пиво для последующей его продажи можно было лишь став членом цеха пивоваров того или иного города. Впервые цех пивоваров упоминается в Лондоне в 1200 году. В 1230 году такой же цех упоминается в Регенсбурге, в 1280 в Мюнхене.  И тут следует отметить тот факт, что во многих европейских городах (и в прусских в том числе) со временем появилось два цеха пивоваров — пивоваров-организаторов производства, и собственно мастеров, которые занимались варкой пива. К этим двум цехам мог добавляться ещё и цех мастеров-солодовников. А вообще во всём процессе производства пива могли принимать участие члены сразу нескольких городских ремесленных цехов и купеческих гильдий.

Рассмотрим ситуацию  с организацией процесса пивоварения на примере Эльбинга. К концу XVI века население портового города Эльбинга составляло 15000 человек. Пивоварение в городе в этот период не было ни основой его экономики, ни статьёй экспорта, ни импорта. Пиво в городе варилось в количестве, удовлетворяющем лишь потребности его жителей.

Право варить пиво Эльбинг получил еще в орденские времена от Великого магистра Тевтонского ордена Зигфрида фон Фейхтвангера (1309). Это право в дальнейшем многократно подтверждалось различными королями.

Как гласит традиция, первое объединение эльбингских пивоваров появилось ещё в 1339 году. Самый древний устав цеха пивоваров «Meltzenbrauer-Brüderschaft» относится к 1428 году. В дальнейшем правила работы городских пивоваров устанавливал магистрат в 1604 и 1636 годах. В Старом городе Эльбинга, как и в Новом, существовали свои собственные цеха. Членами цеха пивоваров могли быть как собственно жители Эльбинга (Bierenbruder), так и жители других городов и деревень (Aussenbruder). Это подтверждалось королевскими статутами 1428 и 1636 годов, а также решениями магистрата (например, в 1607 году).

Zunftwappen der Brauer пивоварение в средние века
Герб цеха пивоваров

Поначалу стать членом цеха пивоваров было не сложно. Но уже устав 1428 года запрещал членам других цехов вступать в «Meltzenbrauer-Brüderschaft». Были некоторые исключения, такие, как женитьба на вдове пивовара, к примеру. В дальнейшем этот запрет сохранялся. В отличие от староместского цеха, стать членом цеха пивоваров Нового города было гораздо легче.

Присоединение к цеху происходило после уплаты вступительного взноса. Взнос в цех Старого города в XV веке для купцов составлял 1 прусскую гривну, с конца XVI века и до 1636 года — 2 гривны, с 1636 года и до конца XVII века — 13 гривен и 10 грошей. Жители других городов для вступления в цех должны были уплатить в цеховую кассу гораздо более внушительные суммы.

В 1631 году оба эльбингских цеха насчитывали 134 члена. К концу XVII века цех пивоваров Старого города насчитывал 48 человек. В Новом городе было около десятка легальных производителей пива.

Цех осуществлял общий контроль за производством пива (количеством и качеством сваренного продукта), а также пытался регулировать ценовую конкуренцию между своими членами. Привилегией и обязанностью контроля качества пива были наделены старшие и самые заслуженные члены цеха. Кроме того, цех оказывал поддержку своим членам в закупке сырья, а также отстаивал их интересы перед магистратом в деле установления цен на пиво, как и расширения монополии на его производство.

Одной из важной задач цеха был также контроль за количеством производимой его членами продукции. В XV веке каждый пивовар имел право варить пиво раз в три недели. В середине XVII века пивовар мог начинать варить пиво лишь по прошествии 5 недель с даты окончания предыдущей варки.

Длительный перерыв в профессии мог привести к потере прав на неё. Например, до 1636 года пивовар, не варивший пиво в течение 20 лет, терял право на его производство.

Zunftwappen der Brauer пиво в средние века
Герб цеха пивоваров

По статуту XVII века, который лишь подтверждал статус кво, ни один из жителей Эльбинга и его окрестностей, кроме членов цеха пивоваров, не имел права варить полное пиво, зато имел возможность для собственных нужд варить слабое пиво. Количество такого пива, как и время для его производства было ограниченным. Например, в Эльбинге и его окрестностях в начале XVII века крестьянам во время уборки урожая разрешалось сварить слабого пива не более количества, получавшегося из 10 мер солода.

Солодовни были собственностью города, поэтому пивовар не принимал сам участия в приготовлении солода. Уже в конце XVII века Эльбинг имел две большие солодовни, принадлежавшие городу и контролировавшиеся магистратом. Их продукцией, помимо самих пивоваров, могли пользоваться и винокуры, и торговцы солодом, но приоритет в покупке солода был у пивоваров.

Приготовленный солод поступал на мельницы, где его размалывали. Отдельная мельница для солода также была собственностью города, и обеспечивала потребности как обоих пивоварских цехов, так и винокуров, и сбывала часть своей продукции для потребителей из окрестных селений и других мест. На протяжении XVII столетия ежегодно мельница перерабатывала 1000 — 1500 штук солода (1 штука — мера сыпучих тел — состояла из 60-75 корцов, 1 корец — примерно 55 литров). За размол штуки солода в середине XVII века мельница получала 2 гривны. Подмастерьям за работу платил мельник. Сам же мельник в конце XVII века получал бесплатно от городских властей дом с огородом, дрова, а также оплату за собственно размол солода. При этом мельник должен был содержать за свой счёт мельницу в исправном техническом состоянии (за исключением жерновов).

Магистрат Эльбинга, помимо производства и размола солода, пытался также контролировать и доставку сырья (ячменя), закупленного пивоварами, на солодовни, а также солода до мельницы Естественно, что городские власти брали оплату за транспортные услуги. К примеру, в 1675 году за доставку штуки солода до мельницы взималась плата в размере 50 грошей.

Таким образом, получалось, что  лишь только пиво пивовары варили в собственных пивоварнях. Но практика часто отличалась от цехового устава (один пивовар — одна пивоварня), и некоторые члены гильдии варили пиво на чужом оборудовании. В 1631 году из примерно 130 эльбингских пивоваров лишь четверть варила пиво с максимально позволенной частотой (раз в месяц). Треть из них варила пиво лишь раз в квартал. Большинство же делало это дважды в квартал. Поэтому содержать собственную пивоварню для некоторых из пивоваров было не под силу. Это приводило к тому, что некоторые члены цеха временно арендовали пивоварни у своих собратьев по цеху. Таким образом владельцы пивоварен не всегда оказывались производителями пива, а производители не всегда были хозяевами пивоварен. Самым важным и самым дорогим оборудованием в то время были медные котлы для варки пива. И часто они находились в собственности не единственного хозяина. Котлы могли быть общественной собственностью цеха, и на время варки пива устанавливались в помещениях конкретного члена цеха. Арендатор варочных котлов вносил в кассу цеха плату за каждую варку (Pfannengeldt). В начале XVII века в собственности цеха пивоваров Старого города Эльбинга находилось три котла, в середине века — уже 6, а в 1690-е годы — 7 котлов.

В случае отсутствия собственных котлов для варки пива и невозможности их арендовать в течение определённого срока, пивовару разрешалось варить в небольших котлах, принадлежащих цеху или его членам, слабое пиво.

 

Bierbrau-Kunst 1690
Пивоварня XVII века

 

Следует отметить, что сами хозяева оборудования, как впрочем, и его арендаторы, участия в варке пива не принимали. Приготовленный в солодовнях и на мельнице солод, хмель и дрова для котлов попадали в руки профессионалов, которые за определённую плату и варили пиво.

Уже к 1481 году в Эльбинге существовал цех наёмных пивоваров «Schupfenbrauer» . Они руководили работой подмастерьев и различных помощников (носильщиков воды и пива, чистильщиков бочек и др.) во время варки пива, получая оплату за каждую варку, а также питание в процессе работы. Во второй половине XVI века, как и в XVII веке, в цехе «Schupfenbrauer» было 20-30 членов, работавших как на цех пивоваров Старого города, так и на цех Нового.

Таким образом, подводя итог, можно утверждать, что в процессе варки пива от процесса закупки сырья и до получения готового продукта, принимали участие:

  1. Пивовары «Meltzenbrauer» — собственники или арендаторы варочных котлов, держатели капиталов и сырья;
  2. Производители солода;
  3. Мельники солодовых мельниц;
  4. Профессиональные пивовары из цеха «Schupfenbrauer»;
  5. Различные подмастерья и неквалифицированные работники.

Все группы участников, кроме первой, являлись, по сути, наёмным персоналом. Следует отметить, что достаточно важную роль в этом процессе играли городские власти.

Конкурентами  пивоварских цехов были богатые знатные семейства, которые организовывали в своих пригородных имениях собственные пивоварни, а также деревенские пивоварни и корчмы, варившие пиво зачастую нелегально. Не брезговали подпольно варить пиво и некоторые сельские священники. Легальным конкурентом была эльбингская больница Святого Духа. Часть сваренного на принадлежащей ей пивоварне напитка потреблялась в самой больнице, остатки продавались.

Несколько слов о том, какова была ситуация в Данциге. Среди членов тамошнего цеха пивоваров многие так же не имели ни собственных пивоварен, ни даже пивоваренного оборудования. Во второй половине XVI века цех насчитывал примерно 150 членов, у к середине XVII века их число упало до 54.

Члены цеха закупали сырье оптом. Производство солода осуществлялось не на городских или цеховых солодовнях, а в самих пивоварнях. Подготовленный солод транспортировался на мельницу, являвшуюся собственностью города. После этого солод возвращался в пивоварню, где варилось пиво. Таким образом, город принимал участие в процессе производства пива в значительно меньшей степени, нежели это было в Эльбинге.

В самой пивоварне пивовар-цеховик (Meltzenbrauer) непосредственного участи в варке пива не принимал. Солод готовили профессионалы-солодовники, а надзор за собственно варкой пива проводили профессионалы из цеха «Schoppenbrewer», получавшие оплату за каждую варку. Им помогали старшие подмастерья «Meisterknecht», которые после четырёх лет работы могли уже сами стать пивоварами. При пивоварне имелись и неквалифицированные работники (в том числе, женщины): возчики, носильщики, рубщики дров и пр. То есть в общих чертах процесс пивоварения был схож с тем, как он протекал в Эльбинге. Вместе с тем, были некоторые отличия в реализации пива. Монополия данцигского цеха пивоваров на производство и продажу пива существовала, по сути, лишь на бумаге. Основными конкурентами для легальных пивоваров являлись пивоварни, открытые в расположенных вокруг Данцига поместьях. И несмотря на многочисленные обещания городского совета закрыть их, обещания оставались лишь словами, так как собственниками этих пивоварен и были многие городские советники.

Handwerk BrauereiСхожей была ситуация и в Торне. Уже в 1400 году там был цех пивоваров («Brauherren»). В XVI веке цех получил монополию на производство и реализацию пива в городе и окрестностях. В середине XVI века цех насчитывал около 80 человек, в 1598 – 58 человек, в 1648 – 36, в 1680 – 22 человека. Как и в Данциге, торнские пивовары формально принадлежали к купцам третьей гильдии (как пекари и мясники), но на самом деле занимали место между купцами и ремесленниками. Членами цеха были как представители знатных семейств, так и городские советники. Условием вступления в цех, как и в Эльбинге, было наличие пивоварни. Как правило, пивовары являлись также и хозяевами солодовен, входивших в состав пивоварни. В Торне в середине XVI века было две мельницы для солода (в Старом и Новом городе). Члены гильдии были обязаны молоть свой солод на них, оплачивая городу определённую плату. Как в Эльбинге и Данциге, в пивоварнях работали наёмные солодовники и мастера-пивовары, получавшие оплату за свою работу от каждой штуки солода и каждой варки пива соответственно. Основной проблемой для гильдии пивоваров было пиво, варившееся городом на принадлежавших ему пивоварнях, первая из которых открылась в 1608 году неподалёку от города. Впоследствии магистрат основал ещё три пивоварни в окрестностях Торна. Избавленные от необходимости платить за размол солода, эти пивоварни имели конкурентное преимущество в сравнении с пивоварнями членов гильдии. Постепенно напитки, произведенные на городских пивоварнях, потеснили конкурентов в окрестностях города, а потом и стали теснить продукции членов гильдии в самом Торне, что и вызвало значительное сокращение числа членов «Brauherren».

Подводя итог, можно сказать, что сходная ситуация в организации процесса пивоварения была во всех крупных городах Пруссии: на пивоварнях, принадлежащих членам цеха работали наёмные работники и везде продукция этих пивоварен испытывала конкуренцию со стороны производителей, находящихся в окрестностях города, а городские власти либо закрывали на это глаза, либо сами участвовали в организации пивоварен.

Не так складывалась ситуация в малых городах с числом населения от нескольких сот до нескольких тысяч жителей, которых в те времена было предостаточно на территории Пруссии.

В Мариенбурге, с населением 5000 человек, своего цеха пивоваров не было, и правом варить пиво обладал любой житель города, имевший в собственности хотя бы половину дома. В 1586 году таким правом пользовались примерно 170 жителей Старого и Нового городов Мариенбурга (и среди них десять городских советников). Магистрат старался регулировать объёмы производства пива в городе путём ограничения частоты варки. К примеру, в 1577 году владельцам целого дома разрешалось варить пиво раз в три недели, а владельцам половины дома — раз в шесть недель. Во второй половине XVII века владельцам домов разрешалось варить пиво уже раз в четыре недели.

Бюргеры были владельцами и солодовен, и пивоварен. В солодовнях работали наёмные работники, получавшие плату за каждую штуку произведённого солода. Понятно, что все расходы по производству солода, в том числе закуп сырья и дров для сушки, ложились на плечи конкретных организаторов производства пива. Высушенный солод отвозился на мельницу замка Мариенбург. Мельница городу не принадлежала, а управлялась замковым экономом, и обслуживала интересы не только жителей Мариенбурга, но и крестьян из окрестностей города. Плата за помол солода (Maltgielt) делилась на две части: более двух третей шло в доход замка, оставшееся — мельнику за работу. Молотый солод отвозился горожанином на свою пивоварню. Сложно представить, что все 150-200 человек, варивших в городе пиво, могли позволить себе покупку собственных варочных котлов, тем более, что примерно каждый десятый из них в конце XVI века варил пиво лишь 2-3 раза в год. И только около трети пивоваров пользовались своим правом по максимуму, варя пиво 15-16 раз в год. Скорее всего, как это происходило в крупных городах, производители пива объединялись в некие группы, деля расходы по закупу оборудования, или же арендовали его у владельцев.

Есть сведения, что в 1670 году в Мариенбурге существовала городская пивоварня, услугами, а точнее, оборудованием которой, могли пользоваться горожане, не имевшие собственного. При этом город еще и контролировал объёмы производства пенного напитка.

Для варки пива по крайней мере со второй половины XVI века бюргеры, как и везде, нанимали профессиональных пивоваров. Они приходили уже со своими подмастерьями. Мастеру-пивовару запрещалось варить пиво одновременно для двух заказчиков, что, видимо, на практике часто имело место. Вместе с пивоваром бок о бок трудились дроворубы и водовозы (Wasserzieher). Все они получали оплату за каждую варку. В 1578 году мастер-пивовар получал 11 грошей, водовоз — 9 грошей, дроворуб — 7 грошей. Кроме того, каждый работник имел бесплатно определённое количество слабого пива в день.

Как мы видим, в Мариенбурге имелись существенные отличия в организации процесса пивоварения, и в первую очередь, тут отсутствовал цех пивоваров, а также связанная с ним монополия (пусть часто и формальная) на производства пива. Само пиво, как и везде, в городе варили наёмные работники, а организаторы производства лишь закупали сырьё, дрова и, в некоторых случаях, оборудование (либо арендовали его). При этом в Мариенбурге отсутствовала проблема нелегального производства пива. Местное пиво продавалось в городе и нескольких десятках корчм, расположенных на землях, принадлежащих замку. Пиво, сваренное в самом замке, до середины XVI века обеспечивало потребности замковой челяди и работников замковых фольварков. Затем, на переломе XVII и XVIII столетий, замковое пиво стало вариться и на продажу.

В Грауденце (Грудзёндз) с населением в 2000 человек (в XVI веке) право варить пиво имел любой мещанин, имевший в собственности как минимум полдома. Как правило, каждый дом изначально строился с тем расчётом, что в нём будут варить пиво (примечательно, что в польском языке подвал дома называется «пивница»). При этом, городские власти осуществляли контроль за производством. Примерно с 1590-х годов все горожане стали обязаны пользоваться услугами городских солодовен, а возможно и городских же пивоварен для варки пива. К примеру, в 1608 году в городе было три солодовни (Malzhaus) и две пивоварни (Brauhaus). Хотя у некоторых горожан по-прежнему имелись собственные пивоварни. При этом город брал плату за пользование водопроводом. С каждой варки производитель платил в казну города водный налог (Wassergeld). Город, таким образом, брал на себя расходы по обеспечению жителей водой, и при этом получал дополнительные отчисления в казну, а также контролировал объёмы производства пива. В этой ситуации желающие варить пиво должны были лишь озаботиться закупом сырья (ячменя и хмеля) и дров, а также оплатить работу профессиональных солодовников (Mälzer), пивоваров (Braumeister) и их подмастерьев (Brauhelfer). Мастер с подмастерьями отвечал за весь процесс варки пива, от перевозки солода на мельницу, до наполнения готовым продуктом бочек, при этом неся ответственность за вверенное ему сырьё вплоть до тюремного заключения.

В остальных малых городах Западной и Восточной Пруссии организация пивоварения не отличалась от таковой в Мариенбурге или Грауденце. Где-то правом варить пиво были наделены лишь домовладельцы, где-то все горожане. О города к городу разнилась лишь разрешённая частота варки пива.

В качестве примера можно рассмотреть ситуацию в Фишхаузене (сейчас Приморск). Грамоту об основании города по кульмскому праву поселение получило в 1305 году от епископа Замланда Зигфрида фон Райнштайна. Население города в 1768 году составляло 876 человек, в 1798 году — 992, а в 1810 году — 1017 человек. В 1810 году в городе насчитывалось всего 134 жилых дома, 9 домов использовались для общественных целей, ещё 4 дома использовались ремесленниками для своих нужд. Как видим, Фишхаузен был, даже по тем временам, небольшим городком. Впрочем, именно такие, мельчайшие, городки составляли большинство городских поселений не только в Пруссии, но и в Западной Европе.

Права на производство и продажу пива Фишхаузен получил довольно поздно, в XVII веке, во времена правления бранденбургских курфюрстов. По состоянию на 1694 год в городе насчитывалось 30 бюргеров, имевших право варить и продавать пиво, и три бюргера, имевших право продавать пиво в розницу. Все они являлись владельцами домов в городе. Некоторые из них имели в собственности сразу два-три дома с правом варить в них пиво. Каждый бюргер (а точнее, каждый владелец дома) варил пиво в порядке очереди. Сваренное пиво продавалось в течение 4 недель, затем право сварить пиво переходило следующему по очереди. Примечательно, что среди тех 30 жителей Фишхаузена, имевших в собственности дома и право варить в них пиво, значительную часть составляли члены городского совета и государственные чиновники, а также их вдовы. Вот список должностей некоторых фишхаузенских пивоваров: дьякон, член магистрата, городской казначей, главный янтарный асессор, писарь амта, судья, помощник судьи, бургомистр, судебный заседатель, бывший консул на пенсии, сборщик налогов. Среди пивоваров числились также и несколько ремесленников и их вдов (парикмахер, гончар, шорник, портной).

Два варочных котла находились в общей собственности пивоваров. Когда они не использовались, котлы стояли на рыночной площади перед ратушей. Сваренное в Фишхаузене пиво могло продаваться лишь в городе. В окрестных селениях имелись корчмы и трактиры, в которых продавалось пиво, сваренное в пивоварнях, находящихся на доменных землях (т.е. принадлежавших короне) — в Амтской слободе и Лохштедте. Пивоварня Амтской слободы, находящейся на окраине Фишхаузена, существовала уже во времена герцога Альбрехта. Также с тех времён в слободе было и несколько трактиров, старейший из которых получил от герцога право на розничную продажу пива еще 5 марта 1567 года.

Более детально организацию торговли пивом мы рассмотрим в следующей части.

 

 

_____________________

 

Источники:

 

www.pinterest.com

Andrzej Klonder. Browarnictwo w Prusach Królewskich (2 połowa XVI-XVII w.). — Wydawnictwo Polskiej Akademii nauk, Wrocław, 1983.

Franz G. Meussdoerffer. A Comprehensive History of Beer Brewing. — Wiley-VCH Verlag GmbH & Co. , 2009.

Шайба Г.А. История города Фишхаузен: юбилейный сборник к празднованию 600-летия города Фишхаузен 19 августа 1905 г.; Пер. с нем. В. И. Болучевского. — Калининград, Калининградская городская типография, 2003.

Рогачевский А.Л. Очерки по истории права Пруссии XIII-XVII вв. — СПб., Изд-во Юридического университета, 2004.

Фишхаузен, Пиллау и их соседи глазами Оскара Шлихта: главы из книги O. Schlicht. «Das westliche Samland» с дополнениями / Пер. с нем. и дополнения В. И. Болучевского, Л. В. Горюновой. – Калининград, 2011.

 

 

Пивоварение в Восточной Пруссии. Часть I.

Пивоварение в Восточной Пруссии. Часть III.

Инстербургское пиво

Инстербургское пиво в воспоминаниях