Боевые действия в округе Велау в январе 1945-го

Боевые действия в округе Велау в январе 1945-го

В продолжение исследования ситуации, сложившейся во время Восточно-Прусской операции в городе Велау,  предлагаем перевод главы из книги Heimatbuch des Kreises Wehlau, Alle — Pregel — Deime — Gebiet, 1 Band. — Rautenberg, 1975, под названием «Kampfhandlungen und Räumung im Kreise Wehlau 1945» (Боевые действия и эвакуация населения в округе Велау в 1945 году). Автор главы — Курт Диккерт, на которого, в частности, есть ссылки в предыдущем материале.

Глава публикуется в сокращении.

 

 

 

Боевые действия и эвакуация населения в округе Велау в 1945 году

 

 

Осенью 1944-го гауляйтер Восточной Пруссии Эрих Кох призывал население провинции превратить «каждый дом в крепость». Теперь уже доказано, что в это же время сам он, запрещая жителям под угрозой наказания покидать Восточную Пруссию, в двух железнодорожных вагонах вывез оттуда своё самое ценное имущество. Главным районным начальством округа Велау являлся крайсляйтер Герке (Gehrke). Поскольку ландрат округа Айнзидель (Einsiedel) был призван в армию, всё бремя принятия решений по оперативному управлению округом легло на плечи руководителя районного бюро Штрелау (Strehlau).

Рождество 1944 года, последнее, которое жители праздновали на своей родине, было омрачено мыслями о неизвестном будущем. Жители Велау были напуганы сильным взрывом, прозвучавшим в первой половине дня после рождественской ночи.  Массивный мост через реку Алле взлетел в воздух. Что это было — саботаж или неосторожность сапёров, до сих пор не известно.  Сразу же построенный военными инженерами понтонный мост был непроходим для тяжелых транспортных средств. Только в последний момент, 21 января 1945, он был заменён на более мощный временный мост.

13 января русские войска начали наступление на Восточную Пруссию. После непродолжительного упорного сопротивление наша оборона 18 января была взломана танковым прорывом между Брайтенштайном (Breitenstein, сейчас Ульяново)  и Шиллен (Schillen, сейчас Жилино), в то время, как Инстербург (Черняховск) и Гумбиннен (Гусев) продолжали обороняться до 21 января. 19 января главный квартирмейстер 3 танковой армии покинул Кройцинген (Kreuzingen, сейчас Большаково) ввиду наступления советских танков  и  на один день занял со своим  штабом казармы  в Тапиау (Tapiau, сейчас Гвардейск).

Округ Велау русские войска в восточной пруссии
Советские войска в одном из городов Восточной Пруссии. Зима 1945 года.

Хотя противник уже 20 января находился у северо-восточной границы округа Велау, приказа об эвакуации населения округа всё еще не было.  Однако, ландрат округа  Шлоссберг (Schloßberg, сейчас Добровольск) Бредов (Bredow), вероятно, на свой страх и  риск, отдал приказ об эвакуации жителей своего округа. Можно предположить, что и жители Плибишкен (Plibischken, сейчас Глушково) и Гросс-Ширрау (Groß-Schirrau, сейчас Дальнее) присоединились к ним (оба эти населённых пункта входили в состав округа Велау и находились в его восточной части. — admin), так как грохот боя всё приближался, да и отступающие военные советовали срочно бежать на запад.  Для некоторых же жителей бежать было уже слишком поздно.

21 января — воскресенье — черный день  для жителей Велау. С 19 января всё увеличивающееся количество беженцев с северо-востока заполнило тесные улицы города. Согласно указанию командования вермахта Райхсштрассе 1 (главная автомагистраль Восточной Пруссии. — admin) должна была быть свободной для передвижения войск, так что основной дорогой для потока беженцев стало направление  на Алленбург (Allenburg, сейчас Дружба) и далее на Фридланд (Friedland, сейчас Правдинск). Обозы с беженцами концентрировались  на лугу Шанце,  где обычно проводился лошадиный рынок. В воскресенье утром приказа о начале эвакуации жителей округа по прежнему не было. И только, когда противник захватил Плибишкен и Гросс-Ширрау, был получен приказ об эвакуации.

Хотя есть сведения, что якобы еще в 10 часов утра по уличным громкоговорителям было передано сообщение, что никакая опасность мирному населению не угрожает. Все же, как бы то ни было, вскоре после этого населению было приказано двигаться на юг. Но даже после  этого некоторым чиновникам и сотрудникам государственных служб (например, почты) было приказано продолжать исполнять свои обязанности. В течение дня ходили поезда для тех,  кому не нашлось места на других транспортных средствах.

Город в это день был подобен муравейнику.  Улицы были полностью забиты,  особенно много народа скопилось у моста через Алле. Почти не было видно военных, только несколько сапёров подготавливали железнодорожный мост к подрыву.

Это не было тихим прощанием с любимой  родиной, а поспешный сбор самых необходимых вещей и лихорадочный поиск возможности уехать. В полдень соответствующий расписанию поезд отбыл в Кёнигсберг. На платформе остались ещё сотни страждущих уехать в столицу провинции. По настоятельной просьбе районного руководителя Штрелау был выделен дополнительно грузовой поезд, который поздним вечером  увёз ожидающих.  Служащие канцелярии и чиновники подготавливали документы к эвакуации и размещали их на автомобилях для дальнейшего вывоза. Тайные архивы округа были сожжены в ночь с 20 на 21 января 1945 года.

Суперинтендент (руководитель лютеранской церкви округа. — admin)  Цахау (Zachau) провёл в воскресенье после полудня последнее богослужение в старой приходской церкви. Также  он отпел  в кладбищенской капелле 6 умерших — в большинстве  беженцев, — которые нашли последнее пристанище в родной земле. Сам же Цахау не смог покинуть город. Он попал в русский плен, из которого возвратился в 1946 году.

Округ Велау Ostpreussen Flucht
Беженцы на дорогах Восточной Пруссии. Зима 1945 года.

Между тем разрешение на эвакуацию было дано также для других населенных пунктов округа, в большинстве случаев в последний момент и для многих жителей слишком поздно. В  Алленбурге приказ об эвакуации был получен в воскресенье 21 января,  около 18 ч. Бургомистр Мёллер (Moeller) покидал  родной город в утренние часы 22 января.

О том, как проходила эвакуация населения из  Тапиау,  сообщает механик Эверт (Ewert):

„Вечером 21 января приказ об эвакуации был дан для всего города. В понедельник, 22-го, улицы были заполнены беженцами, повозками, транспортными средствами вермахта и артиллерийскими орудиями. Второпях проходила и эвакуация психиатрической больницы, в которой оставалось 300 пациентов. Так как ни транспортных средств, ни поездов не было, все шли  — вплоть до больных и раненых — пешком в Кёнигсберг, куда добрались лишь примерно 100 мужчин и 30 женщин.»

Районным комитетом жителям Таплакен (Taplacken, сейчас Талпаки) было обещано выделить грузовой автотранспорт. Беженцы с  ручным багажом ожидали на обочине пустой Райхсштрассе 1. Несмотря на многочасовое ожидание, транспорта не было, а канонада боя слышалась всё ближе. Наконец, под вечер появились грузовики вермахта, движущиеся из Инстербурга. Они забрали в большой спешке (так как русские следовали за ними буквально по пятам), только людей, в то время как все вещи были брошены на обочине. Вообще, следует отметить, что вермахт старался по мере сил помогать беженцам, и что в виду полного безволия  партийного руководства, без этой помощи катастрофа была бы ещё большей.

Разрешение на эвакуацию жители Гросс Плауэна получили лишь 22 января.

Оставляемый скот в последний раз был накормлен, а затем отпущен. В течение последних дней и ночей перед эвакуацией, жители закопали множество ценностей,  в поисках которых впоследствии русские оказались большими мастерами.

Не всем удалось убежать. Дороги были так забиты, что путь от Велау до Алленбурга (15 км) занимал 20 часов. Еще хуже ситуация выглядела к северу от Прегеля,  где Райхсштрассе 1 от Тапиау  в сторону Кёнигсберга была по-прежнему  зарезервирована для вермахта.

Если бы приказ об эвакуации был отдан хотя бы на один день раньше и  было бы разрешено пользоваться всеми дорогами, сколько бы бед и горя удалось избежать! Вся вина за это лежит на совести гауляйтера Коха. И он ещё позже хвалился тем, что обеспечил эвакуацию  к заливу  Фрише Хафф и к Балтийскому морю сотням тысяч жителей доверенной ему Восточной Пруссии.

Но вернёмся к событиям в округе Велау.

Восточная Пруссия 1945
Сгоревший грузовик, принадлежавший парашютно-танковому корпусу «Герман Геринг». Восточная Пруссия, зима 1945 года.

На севере 22 января русские нанесли удар в нескольких местах и прорвались к Дейме, которая стала для них естественной преградой. Предусмотрительно лёд был взломан ледоколом, что сделало невозможным переправу через реку для тяжелой техники.

Уже 22 января — около 21 часа — русский передовой отряд занял  Кляйн Шлёзе (Klein-Schleuse, сейчас восточная окраина Гвардейска), но был отброшен снова за Дейму. На западном берегу Деймы батальон фольксштурма из Тапиау и отдельные отряды вермахта вместе с городской полицией пытались держать оборону в укреплённых бункерах. Батальон фольксштурма Тапиау, очевидно, был организован не так хорошо, как  аналогичный батальон в Велау. Многие мужчины в решающий момент отсутствовали, так как были отпущены домой для помощи своим семьям в эвакуации. К тому же  отсутствовало тяжёлое вооружение для отражения танковых атак.

В 1914 году  фронт вдоль Деймы было возможно удерживать неделями силами всего лишь нескольких батальонов ландштурма из резерва Кёнигсберга.  В этот же раз  Дейму противник форсировал с ходу.

Между тем русские войска превосходящими силами атаковали Велау. Русской пехоте удалось сначала подойти к городу с востока южнее Прегеля в первой половине дня 22 января (понедельник). Районное управление, ратуша и почта приступили к эвакуации только тогда, когда с башен ратуши и кирхи стали видны наступающие войска противника.

По сообщению руководителя районного бюро Штрелау  еще утром 22 января между 9 и 9-30 утра он отдавал последние распоряжения по телефону сотрудникам некоторых учреждений Велау.

Насколько мощным был удар противника сейчас установить трудно. Однако, очевидно, ему удалось уничтожить команду сапёров возле моста через Прегель: вероятно, они  ожидали противника с севера, так что подрыв моста не произошел и мост был свободен для  прохода танков. В то же время железнодорожный мост был взорван, так же как и просуществовавший всего один день временный мост через Алле.

Как говорят, в течение дня в Велау шли ожесточённые уличные бои, но несмотря на то, что противник был временно выбит из города, вскоре атака повторилась.  Какие части были задействованы в бою, и как проходил бой за Велау, в деталях не известно.

Вероятно, в боях к югу от Велау участвовал 31 танковый полк 5-й танковой дивизии под командованием полковника Хоппе (Hoppe) и ударная группа полковника Кнебеля (Knebel). Им было поручено задержать наступление русских войск между Велау и Тапиау. В составе обороняющихся немецких частей был персонал учебной школы 3 танковой армии из Тапиау, обслуживающие подразделения и фольксштурм.

Велау не мог сопротивляться всё усиливающемуся натиску русских войск и, вероятно, к вечеру 22 января окончательно пал.

В боях старый город был сильно разрушен. Сообщается, что в городе осталось около 50 гражданских лиц, которые прятались в кирхе.

Volkssturm
Фольксштурм в Восточной Пруссии. Зима 1945 года.

22-23 января противнику удалось нанести мощные удары восточнее Алле в южном направлении в районе Копперсхаген (Koppershagen, сейчас не существует) по отступающим частям 26 армейского корпуса и парашютно-танкового корпуса «Герман Геринг». Также был нанесён удар в западном направлении к югу от Прегеля, и вечером 23 января противник вышел к вокзалу Тапиау. Здесь произошло, очевидно, ожесточённое сражение с использованием танков, подробности которого, однако, не известны.

24 января бои на окраине Тапиау, который вели наши слабые, наспех собранные войска против многократно превосходящих сил противника, продолжились. До сих пор атаки удавалось отбивать. Дорога Мульден (Mulden, сейчас Перевалово) — Кругдорф (Krugdorf, сейчас не существует) — Алленбург  использовалась для отхода частями 26 армейского корпуса — 1 и 56 пехотными дивизиями, остатками 349 и 549 народно-гренадерских дивизий, а также 2 парашютно-танковой дивизией корпуса «Герман Геринг». При этом в наших руках оставались мосты через Алле в Алленбурге и Лайссинене (Leißienen, сейчас Родники), а также линия обороны вдоль Мазурского канала.

Тем не менее, в этот день противник атаковал на участке фронта южнее Алленбурга и город после жестокой битвы был потерян. Вероятно, в последний момент удалось взорвать оба моста через Алле. Сообщается, что Лайссинен был занят противником ещё вечером 23 января, но 24-го трижды отбивался войсками вермахта и фольксштурмом с востока, со стороны Патерсвальде (Paterswalde, сейчас Большая Поляна). Однако, эти сведения спорны. Так же, как и сообщения о том, что отдельные вражеские танки во второй половине дня 22 января появились к западу от Патерсвальде, а вечером уже были восточнее Гросс-Энгелау (Groß-Engelau, сейчас Демьяновка).

В этом районе в результате боевых действий были значительные разрушения.

Утром 24 января полковник Кнебель лично возглавил контратаку в районе вокзала Тапиау. Благодаря действиям его группы вокзал был освобождён. Позже, на дороге Ромау (Romau, сейчас Ровное) — Зилакен (Sielacken, сейчас не существует, восточнее Ромау) его бронетранспортер был подбит, а сам Кнебель получил смертельное ранение.

Из представления к награде:

 

«Лев из Велау

 

Ставка фюрера, февраль 1945.

Фюрер представил к награждению дубовыми листьями к рыцарскому кресту командира армейской военной школы полковника Кнебеля — 744-го солдата вермахта, удостоенного этой награды.

Flucht 1945_3
Дороги Восточной Пруссии. Зима 1945 года.

Полковник Кнебель в середине января 1945 года, будучи  комендантом населенного пункта Шиллен, расположенного на  железнодорожной линии Инстербург — Тильзит, во главе  охранных подразделений и солдат обоза отражал атаки противника, пока не последовал приказ к отступлению.

Четырьмя днями позже он с батальоном фольксштурма и охранными подразделениями несколько дней вёл оборонительные бои на линии Велау — Тапиау и способствовал удержанию фронта между Мазурскими озерами и Куршским заливом.»

Руководство ударной группой Кнебеля после его ранения принял капитан Вальтер (Walter).

Фронт вдоль Деймы был опрокинут 24 января. За Тапиау и Мотерау (Moterau, сейчас Забарье) ещё шли ожесточённые бои, однако противнику удалось прорвать оборону возле Гольдабаха (Goldbach, сейчас Славинск) и путь на запад стал открыт.

Русские танки без сопротивления прошли по северу округа и достигли дороги  Вильмсдорф (Wilmsdorf, сейчас не существует) — Гросс-Удерталь (Groß-Udertal, сейчас Демидово) — Штампелькен (Stampelken, сейчас Осиновка) на южной окраине леса Грайбенер (Greibener Forst, сейчас Головенский лес).

Противник непрерывно атаковал  линию обороны вдоль Деймы в течении всего  25 января и прорвал её в нескольких местах. Лишь  в южной части округа в районе Гросс-Энгелау — Хансвальде (Hanswalde, не существует) — Фридрихсдорф (Friedrichsdorf, не существует) удавалось оборонятся до 26 января, в то время как Фридланд был потерян только 28 января.

По данным официальной переписи от 17 мая 1939 года в округе Велау проживало 50 236 жителей. Нам удалось в результате долгой кропотливой работы установить судьбу 40 138 человек, хотя в деталях их местонахождение не всегда  выяснено. По подсчетам Федерального министерства перемещенных лиц примерно 250000 — 300000 человек осталось в советской части Восточной Пруссии, в том числе и в Кёнигсберге.  Очевидно, что среди них должны были остаться и  несколько тысяч жителей округа Велау. Речь идёт не только о тех, кто не смог покинуть округ, но и о тех, кто смог эвакуироваться, но кого затем русские вернули обратно. Судьба многих из них покрыта мраком.

 

Flucht 1945_4
Беженцы в Восточной Пруссии. Зима 1945 года.

 

 

 

(фотографии с сайта Землячества округа Велау и с форума kenig.org)

 

 

 

__________________________________

 

Admin: Несколько комментариев к тексту.

Во-первых, Курт Диккерт в своих описаниях произошедших событий выглядит человеком, малознакомым с реальной ситуацией, сложившейся в округе Велау в начале 1945 года. Часто встречаются такие оговорки, как «вероятно», «возможно», «по неподтверждённым сведениям» и пр. В этой связи описания советских участников событий, приведённые в первой части исследования (Битва за Велау), выглядят убедительнее.

Во-вторых, в целом и хронология, и многие детали совпадают с воспоминаниями советских участников.

В-третьих, и Курт Диккерт подтверждает, что за Велау велся ожесточённый бой и центр города оказался разрушенным.

В-четвёртых, судьба полковника Кнебеля и его ударной группы стала более понятной, хотя вопросы остались. В частности, почему он оказался комендантом Шиллена, если к тому времени уже был командиром школы в Тапиау? Или же его назначили на  должность командира уже после того, как он отступил из Шиллена? Но тогда в этой должности он пробыл всего лишь несколько дней (18 января был прорыв советских танков возле Шиллена, 19 января в казармах Тапиау временно разместился интендант 3 танковой армии, а уже 24 января Кнебель был смертельно ранен). И прозвище «Лев из Велау» дано Кнебелю в представлении к награде, скорее всего, по названию округа, в котором он тогда воевал.

 

 

 

 

 

Грефе унд Унцер (Grafe und Unzer)

Грефе унд Унцер (Grafe und Unzer)

 

 

История издательства Gräfe und Unzer (Грефе унд Унцер) началась в 1722 году с открытия неким Готтфридом Эккартом (Gottfried Eckart) «Дома книги» (Haus der Bücher). В дальнейшем, в 1798 году, владельцем магазина становится Август Вильгельм Унцер. В 1831 году он продает своё дело сыну Отто и зятю Генриху Грефе, книготорговцу из Гамбурга. Со 2 января 1832 года предприятие уже носит название «Грефе унд Унцер».

 

 

 

 

August Wilhelm Unzer
Август Вильгельм Унцер, владелец «дома книги» в 1798-1931 годах. Источник: kenig.org
Heirich Graefe
Зять Августа Унцера Генрих Эдуард Грефе, владевший на пару с Отто Унцером магазином с 1832 по 1848 год, а затем до 1867 года — единолично. Источник: kenig.org

 

В 1896 году в магазине начинает трудиться учеником Отто Петш (Otto Paetsch, 1876 — 1927).  В 1902 он становится совладельцем фирмы, а в 1927 году —   единственным её владельцем.  Именно с деятельностью Петша  связан экономический подъём фирмы:  она становится одной из крупнейших издательских фирм Европы, а книжный магазин Грефе унд Унцер — крупнейшим в Европе книжным магазином с самым обширным ассортиментом.

 

Грефе унд Унцер Grafe und Unzer_back
Краткое описание магазина Грефе унд Унцер с оборота почтовой открытки: «Грефе унд Унцер. Дом книги. Кёнигсберг, Парадеплатц, 6, напротив Университета. Крупнейший книжный магазин в Германии (4 этажа), одна из достопримечательностей Кёнигсберга. Был основан в 1722 году. Иммануил Кант проживал в доме основателя книжного магазина в те времена, когда его учеником был Гердер*.»

 

На торжествах, посвящённых  200-летнему юбилею Иммануила Канта (1924)  в университете «Альбертина» Петш выступил с речью  как представитель  Союза книготорговцев Германии и подарил университетской библиотеке  книги на сумму  70 000 рейхсмарок.

Книжный магазин Грефе унд Унцер был своеобразной достопримечательностью Кёнигсберга. На студенческом жаргоне его называли «Gräfin Unzer» (Графиня Унцер). Михаэль Вик в своей книге «Закат Кёнигсберга» так пишет про этот магазин:

«Большое впечатление производило на меня здание университета, а также многоэтажный книжный магазин «Грефе унд Унцер» — мы называли его «Грунцер»». (grunzer по-немецки «хрюкать». — admin)

 

Грефе унд Унцер Grafe und Unzer_Magazin
Дом книги. Кёнигсберг. Парадеплац, 6. Напротив Университета.

 

Grafe und Unzer Magazin
Дом книги

 

Koenigsberg_Grafe und Unzer
Дом книги

 

Grafe und Unzer_kinder
Дом книги

 

Во времена Третьего рейха Грефе унд Унцер продолжала занимать одну из ведущих позиций на рынке книгоиздания. Издательством были напечатаны, к примеру, многие книги Агнес Мигель. Отчего-то на сайте издательства его почти 300-летняя история  излагается очень скупо, а про период с 1933 по 1945 год вообще нет ни слова.

А между тем, в 1944 году во время августовских бомбардировок союзников здание, где располагалось Грефе ун Унцер, сильно пострадало. В 1945-м году издательство перебралось в Баварию, и с 1961 года занялось чисто издательской деятельностью, заняв нишу печатания продукции на тему домоводства и кулинарии. В настоящее время Грефе унд Унцер базируется в Мюнхене и входит  в состав издательской группы Ganske.

Издательство Грефе унд Унцер в 1920-1940-е годы, среди прочего, также издавало и почтовые открытки. С издательством сотрудничали неплохие фотографы, отчего видовые открытки этого издательства отличались высоким качеством.

 

Altstadt am Pregel_Grafe und Unzer
Видовые открытки издательства Грефе унд Унцер всегда выглядят как небольшой фотошедевр.

 

Идентификация открыток Грефе унд Унцер не представляет труда, так как на оборотной стороне указывалось полное название издателя и имелся логотип. В правом нижнем углу на обороте открыток указывался двузначный буквенный код и номер заказа (например, dK Nr. 59). Все известные автору открытки, выпущенные Грефе унд Унцер, выполнены в технике «реальное фото». Открытки имеют не совсем обычный размер: 105 на 148 мм.

 

Altstadt am Pregel_Grafe und Unzer_back
Оборотная сторона открытки издательства Грефе унд Унцер

 

Gräfe_und_Unzer_Logo
Издательские марки Грефе унд Унцер. Слева — до 1945 года, справа — современная.

 

 

* Иоганн Готтфрид Гердер (1744 — 1803) — немецкий писатель, историк культуры, представитель движения «Буря и натиск». Окончил богословский факультет Кёнигсбергского университета. Слушал курс географии у Иммануила Канта.

 

 

 

.

История железных дорог Роминтской пущи

История железных дорог Роминтской пущи

Роминтскую пущу пересекали две железнодорожных линии с так называемой «нормальной колеёй» (normalspur) – 1435 мм:

 

    1. Шталлупёнен (Stallupönen/Ebenrode, сейчас Нестеров) — Гольдап (Goldap);
    2. Гумбиннен (Gumbinnen, сейчас Гусев)— Шитткемен (Schittkehmen/Wehrkirchen, сейчас Żytkiejmy) — Гольдап.

 

Обе линии пересекались на узловой станции Толльмингкемен (Tollmingkehmen/Tollmingen, сейчас Чистые Пруды)
Железная дорога должна была соединить отдалённые районы провинции, привлечь туда новых жителей, оживить прусские окраины.
Первый паровоз в Роминтской пуще появился через 40 лет после того, как Имперская железная дорога соединила Кёнигсберг с восточной окраиной провинции Шталлупёненом.

Появление железной дороги в Роминте повлияло на многие аспекты жизни как самой Пущи, так и её посёлков: развитие торговли с увеличением роста перевозок, связи, улучшение общественной жизни. Стоить отметить хотя бы тот факт, что «Гильдия сплавщиков леса» в Гумбиннене была распущена в 1913 году именно с развитием железнодорожного сообщения в Роминтской пуще.

 

Железные дороги Роминтской пущи map_Eisenbahn
Железные дороги приграничной области Восточной Пруссии. 1904 од.

 

Первой железнодорожной линией, проложенной через Пущу, была ветка Шталлупёнен — Толльмингкемен — Гросс Роминтен (Gross Rominten/Hardteck, сейчас Краснолесье), запущенная в начале ХХ века. Впоследствии линию продолжили до Гольдапа и в 1905 году поезда уже курсировали по этому маршруту. Протяжённость пути составляла 50 км. Между Гольдапом и Шталлупёненом было 10 станций. Время нахождения в пути составляло чуть более полутора часов.

По этой железной дороге с 1900 по 1916 год приезжал на охоту в Пущу на своём «императорском поезде» (Hofzug) кайзер Вильгельм II. На вокзале Гросс Роминтен был построен специальный павильон (ныне не сохранился), в котором император ожидал прибытия поезда.

 

Kaiserpavillon am Bahnhof Gross Rominten 1912
Императорский павильон на станции Гросс Роминтен. 1912 год.

 

В 1904 году были выделены средства в размере 4 853 000 марок на строительство второй железнодорожной линии, 49-ти километрового отрезка пути Гумбиннен — Шитткемен. 1 октября 1907 года состоялось открытие линии Гумбиннен — Толльмингкемен, 15 июня (по другим данным — июля) 1908 года — линии Толльмингкемен — Мелькемен (Mehlkehmen/Birkenmühle, сейчас Калинино), а 15 августа 1908 года стальной путь, окружающий Роминтскую пущу с севера, соединил Гумбиннен и Шиткемен. В 1912 году приступили к строительству линии, соединяющей Шиткемен и Гольдап. В итоге получилась одна большая линия локального значения, пробегающая по многочисленным возвышенностям, пересекающая реки и овраги. Были возведены впечатляющие мосты.

 

map_1920
Сеть железных дорог. 1920-е.

 

В одном из своих писем 1912 г. к кузену Николаю II кайзер Вильгельм II предложил рассмотреть вариант продолжения железной дороги в приграничные районы соседствующих империй – в район Сувалки и Кальвария. Это поспособствовало бы развитию приграничных территорий, а также позволило бы увеличить грузоперевозки камня, гравия и древесины. Однако начавшаяся война не позволила осуществить задуманное и о проекте, существовавшем лишь в планах, после войны «благополучно» забыли.

Прервала строительство Первая мировая война. В период ведения боевых действий в этом районе многие мосты, а также вокзалы и пути, были разрушены. Однако, после того, как русские войска отошли из Восточной Пруссии, всё было в кратчайшие сроки восстановлено, поскольку железная дорога использовалась для перевозки войск, техники и раненых.

Строительство линии возобновили лишь в 1923 году, тогда же было принято решение о строительстве параллельного пути, поскольку до этого дорога была однопутная. С 1 октября 1927 года маршрут был окончательно введён в эксплуатацию, поезда могли курсировать в оба конца на всём протяжении дороги.

 

Eisenbahnlinie am Goladper See
Железная дорога в окрестностях Гольдапа. 1920-1930-е.

 

Протяжённость ветки Гумбиннен — Гольдап составляла 90 км. Выезжая из Гумбиннена поезд проходил четыре станции до узловой в Толльминкемен, где пересекались два окружающих Пущу железнодорожных пути, потом ещё четыре до Шиткемен и восемь до Гольдапа. Проезд по всей трассе занимал около 3-х часов. В будние дни по линии курсировали три поезда, в выходные пускали ещё два дополнительных.

 

Fahrplan
Расписание движения поездов по маршрутам Гумбиннен — Гольдап и Гольдап — Эбенроде. 1938 — 1944.

 

На всём своём пути железнодорожные линии обоих участков (направлений) проходили через многочисленные реки, овраги, дороги, что потребовало сооружения различных мостов, путепроводов и водопропускных сооружений.

Самым первым крупным мостом был мост через р. Писса на участке железной дороги Шталлупёнен — Гольдап. К сожалению, нам не удалось найти никаких сведений о дате постройки этого моста, либо того, как он выглядел до Второй мировой войны.

Но самый грандиозный мост находится на территории нынешней Польши в местечке Станчики (Stańczyki, бывший Staatshausen). Спроектированный итальянскими архитекторами по образу древнеримских акведуков, данный железобетонный мост до сих пор поражает воображение даже на фотографиях. Строительство моста длилось с 1912 по 1926 годы. Это пятиарочный мост (диаметр каждой арки 15 метров) длинной 250 метров и высотой более 36 метров. Этот мост, а точнее два параллельных моста, соединяют берега крутого оврага, на дне которого протекает небольшая речка Блендзянка. На берегах и дне реки ещё видно окаменевшие мешки цемента. Северный мост был построен в 1912-14 годы, а южный в 1923-26. Правда, поезда ходили только по северному мосту, южный так и не был окончательно введён в эксплуатацию, чему помешало начало Второй мировой войны. По окончании войны мосты практически не использовались, и к 1950 году железнодорожные пути были разобраны. В настоящее время мосты в Станчиках являются региональной достопримечательностью и внесены в реестр памятников старины. С начала 2000-х годов мост находится в частной собственности, а с 2010 года ведётся процесс реставрации моста.

 

Staatshausen Stanczyki
Штаатсхаузен. Железнодорожный мост. 1920-е.

 

Staatshausener eisenbahnbruecke
Мост в Штаатсхаузене (Станчики) — самый высокий мост в Роминтской пуще.

 

Staatshauser Bruecke Stanczyki
Мост в Штаатсхаузене (Станчики)

 

Stanczyki_Bridge_04112010
И сейчас мост в Станчиках впечатляет. Ноябрь 2010 года.

 

Stanczyki_Bridge_04112010_
Рельсы были сняты после Второй мировой войны.

 

«Младший брат» моста в Станчиках находится на российской стороне в п. Токаревка (Makunischken/Hohenwaldeck), на участке Толльмингкемен — Гольдап. Построенный также по образцу древнеримских акведуков, пятиарочный мост соединяет два крутых берега реки Красной. Высота моста 25 метров, длина 60 метров. Первоначально мост был кирпичный, но затем он был оштукатурен, а арочные просветы между колоннами заложены. В настоящий момент мост является местной достопримечательностью, но как объект культурного или архитектурного значения нигде не числится.

 

Rominter Heide Bruecke Makunischken Tokarewka
Мост в Макунишкен. 1920-е.

 

Tokarewka
Gruss aus Goldap. Мост в Макунишкен. 1910-1920-е.

 

Токаревка_мост_2010
Мост в Токаревке (Макунишкен). 2010 год. Проёмы над опорами моста заложили, сам мост оштукатурили.

 

Также сохранились две пары идентичных железнодорожных виадуков:

— большой трёхарочный мост (а точнее два, как и в Станчиках), соединяющий два крутых берега реки Ярки;
— и трёхарочные мосты над рекой Блудзей в местности Кипойце (Kiepojcie, бывш. Eszergallen).

Высотой 15 метров и длиной 40 метров, эти мосты были построены в период с 1912 по 1926 г.

Примечателен ещё четырёхарочный мост через реку Красную недалеко от пос. Ольховатка (Walterkehmen/Grosswaltersdorf). Ныне не сохранился, окончательно разрушен после Второй мировой войны.

Во время Второй мировой войны железнодорожное сообщение имело большое значение. Поезда использовались для перевозки войск и техники на восточный фронт. По железной дороге везли природный камень для строительства оборонительных укреплений в районе Мазурских озёр.
На специальном поезде «Азия» приезжал в Роминтскую пущу и рейхсмаршал Герман Геринг. Железной дорогой он доезжал до Толльмингкемен или Гросс Роминтен, а оттуда отправлялся в свою охотничью резиденцию.

После окончания Второй мировой войны линию Гумбиннен — Шитткемен посчитали ненужной, утратившей своё значение (вследствие раздела восточно-прусских земель между СССР и Польшей) и в 1945-1946 годах линию разобрали. Линия Шталлупёнен — Гольдап сохранилась частично на участке Шталлупёнен (Нестеров) — Гросс Роминтен (Краснолесье, до песчаного карьера на окраине посёлка). Остальное разобрали. Соответственно, и самый последний по времени постройки участок железной дороги в Роминтской пуще между Шитткемен и Гольдапом в результате утраты целостности путей также был разобран к 1950 году.

В разное время в Роминте также существовали узкоколейные пути локального значения:

Толльмингкемен — Мелькемен (Mehlkehmen/Birkenmühle) — Нассавен (Nassawen)
Гросс Роминтен (Gross Rominten/Hardteck) — Ишлаудшен (Iszlaudszen/Schönheide)
Пиллупёнен (Pillupönen/Schlossbach) — Виштитен (Wystiten)
Гольдап — Дубенинкен (Dubeningken/Dubeningen) — Шитткемен.

Szitkehmen Bahnhoff
Вокзал в Шитткемен. 1910-1920-е.

 

Станции, вокзалы и остановочные пункты на железнодорожных линиях Роминтской пущи*

 

Узловая станция: Толльмингкемен

Tollmingken
Узловая станция Толльминкгенен (Толльминген). 1910-1920.

 

Линия Шталлупёнен — Гольдап:

Шталлупёнен (Ebenrode) — Гёриттен(Göritten) — Рудшен(Rudszen/Talfriede) — Пиллупёнен (Pillupönen/Schlossbach) — Подшонен (Podszohnen/Buschfelde) — Кассубен (Kassuben) — Толльмингкемен (Tollmingkehmen/Tollmingen) — Макунишкен (Makunischken/Hohenwaldeck) — Гросс Роминтен (Gross Rominten/Hardteck) — Тракишкен (Trakischken/Hohenrode) — Гросс Кумметшен(Gross Kummetschen/Hermeshof) — Гольдап

 

Pillupoenen Bahnhof
Вокзал в Пиллупёнен. 1910-е.

 

Линия Гумбиннен — Шиткемен — Гольдап:

Гумбиннен — Пликен (Plicken) — Перкаллен (Perkallen/Husarenberg) — Вальтеркемен (Walterkehmen/Grosswaltersdorf) — Мельдинен (Meldienen/Gnadenheim) — Толльмингкемен (Tollmingkehmen/Tollmingen) — Шакуммен (Schackummen/Eichkamp) — Мелькемен (Mehlkehmen/Birkenmühle) — Нассавен (Nassawen) — Куйкен (Kuiken/Albrechtsrode) — Шитткемен (Schittkehmen/Wehrkirchen) — Кеппурдегген (Keppurdeggen/Kühlberg) — Паблиндшен (Pablindszen (Pablindschen)/Zollteich) — Голлубин (Gollubien/Unterfelde) — Блиндгаллен (Blindgallen/Schneegrund) — Дубенинкен (Dubeningken/Dubeningen) — Мешкрупхен (Meschkrupchen/Meschen) — Раковкен (Rakowken/Stoltznersdorf) — Буткунен (Buttkuhnen/Bodenhausen) — Гольдап.

 

* в скобках даны немецкие названия населённых пунктов до 1938 года и после переименования в 1938 году

 

 

Железные дороги Роминтской пущи Токаревка-2010
Токаревка. 2010 год.

 

 

 

Роминтская пуща. Введение.

Из истории охоты в Роминтской пуще.

Императорский охотничий замок Роминтен.

Кайзеровские  и иные  памятные  камни  Роминтской  пущи.

Имперский охотничий двор Роминтен.

Специальные поезда Германа Геринга в Роминтской пуще.

Вальтер Фреверт: придворный егерь Геринга.

Пауль Баркхаузен.

Гостиницы Роминтской пущи.

Роминтская пуща. Список источников.

 

 

 

 

 

Янтарная регалия

Янтарная регалия

В общих чертах янтарная регалия (янтарный регал, янтарная привилегия) это монопольное право на добычу янтаря и его продажу. Первые письменные свидетельства о янтарной регалии относятся к 1312 году, когда Великим магистром Немецкого ордена был Карл фон Трир. Тогда обязанность по сбору и вылову янтаря возлагалось на рыбаков Замландского побережья, которые должны были также доставлять собранный янтарь в определенные пункты сбора. Но, вероятно, янтарная регалия появилась значительно раньше, с появлением на прусских землях Замландского епископства. В 1342 году право контроля за сбором янтаря перешло к монастырю в Оливе. Платой за собранный и сданный янтарь были деньги и соль. Однако окончательно янтарная регалия оформилась к концу XIV века. Временами янтарную регалию на отдельных участках побережья Немецкий орден отдавал в аренду. Существовали несколько редакций янтарной регалии. В соответствии с законом от 1394 года запрещался сбор и хранение необработанного янтаря. Нарушителям грозил денежный штраф, а не позднее конца XV века наказанием могла быть уже и смертная казнь. С целью предотвращения контрабанды изделий из янтаря, был даже введен запрет на профессию резчика янтаря на всех землях Ордена и весь собранный янтарь Орден продавал либо в виде сырца, либо отправлял на обработку к своим аффилированным мастерам в Любек, Брюгге, Венецию.

Орден из своей братии назначал особых «янтарных господ» (Bernsteinherren). В их подчинении была береговая стража, осуществлявшая контроль за соблюдением жителями побережья янтарного права. Резиденцией бернштайнмайстера — руководителя янтарных господ — до конца XVI столетия был замок Лохштедт. Затем береговая стража располагалась в посёлке Гермау, а при Великом курфюрсте Фридрихе Вильгельме, с 1644 года, также и в Мемеле.

Итак, собранный или выловленный в море янтарь никто из местных жителей не имел права ни продавать, ни даже хранить. Его было необходимо сдать орденским сборщикам янтаря (естественно, по очень низкой цене).

Янтарная регалия Ордена пошатнулась после подписания Второго Торуньского мира (1466), по которому Орден лишился значительной части своих земель (в частности, косы Фрише Нерунг, которая обеспечивала примерно треть всего собранного янтаря), отошедших Вольному городу Данцигу и Польше. Появилась конкуренция в торговле янтарем. Орден стал торговать не только янтарём-сырцом. В 1533 году прусский герцог Альбрехт Гогенцоллерн передал «на вечные времена» янтарную регалию купцам семейства Яски (Jaski) из Данцига, но уже в 1642 году договор пересмотрел. С тех пор и до 1811 года янтарная регалия оставалась в руках государства и лишь передавалась купцам в аренду.

янтарная регалия виселица
Неотъемлемый атрибут янтарной регалии в средние века — виселицы вдоль побережья Замландского полуострова. Источник: «Лексикон» Хермановски.

В 1617 году, во время правления курфюрста Иоганна Сигизмунда,  ужесточились наказания за незаконный сбор янтаря на берегу. В дополнение к прежним правилам, запрещался вход на пляж любому, кто не был местным жителем и не имел специального разрешения (этот запрет действовал до 1885 года). Любой, выловивший из моря янтарь или собравший его на берегу, отправлялся на виселицу, которые были сооружены вдоль побережья. Подозреваемые в краже или незаконном сборе подвергались жестоким пыткам.

Не менее суровыми оставались законы и при Великом курфюрсте Фридрихе Вильгельме (1640-1688). В 1644 году был издан закон, по которому всех жителей побережья мужского пола старше 18 лет принуждали давать так называемую «береговую клятву» в том, что они не будут незаконно собирать янтарь и обязуются доносить на любого, кто будет в этом замешан (кстати, ещё по закону от 1801 года доносчику полагалась награда в размере половины стоимости конфискованного янтаря). Например, за кражу фунта янтаря полагался штраф в 90 прусских гульденов или соответствующее тюремное заключение. За два фунта краденого янтаря наказание удваивалось. Наказанием за три фунта был штраф в 270 гульденов, порка и запрет на 10 лет проживать на побережье, за четыре фунта – к тому же штрафу и порке добавлялся ещё и позорный столб, а затем и пожизненный запрет на проживание в стране. За пять фунтов янтаря наказанием была виселица и оплата краденного в двойном размере. За особо крупную кражу (25 фунтов и больше) наказанием могло быть даже колесование. Даже просто нахождение на берегу без разрешения каралось штрафом 12-18 гульденов, с высылкой от года до трёх за повторное нарушение.

Но даже виселицы вдоль побережья и многочисленные клятвы, которые давали местные жители, не могли полностью искоренить контрабанду янтаря. Все работоспособные жители побережья должны были вылавливать янтарь, получая оплату, сопоставимую с той, что они могли заработать сами выловом рыбы. Такое положение вещей приводило к тому, что кража янтаря среди местных жителей не считалась чем-то зазорным. Раз море само выбрасывает янтарь на пляж, — считали они, — тем самым давая нам возможность взять янтарь с земли и прокормиться, то какая же это кража?

По всему побережью от Данцига до Мемеля, которое было разделено на специальные участки, три раза в год (на Рождество, на масленицу и в Иванов день) с инспекцией появлялась береговая стража, которая имела право осматривать любое жилище и оценивать рост благосостояния его владельца — не вызван ли этот рост продажей незаконно собранного янтаря.

При курфюрсте Фридрихе III (1688-1713, король Пруссии с 1701 года) в закон были внесены лишь небольшие изменения. Зато в Пальмникене, где находился один из береговых инспекторов, в 1690 году была построена тюрьма для янтарных контрабандистов.

При «солдатском короле» Фридрихе Вильгельме I (1688–1740) наказания за кражу янтаря смягчились. Казни подвергались лишь укравшие больше четверти тонны, и уже судимые до этого за кражу. Кроме того, за собранный и сданный янтарь крестьяне теперь получали плату деньгами, а не солью. Проверки береговой стражи стали проводиться раз в три года. Но по-прежнему все мужчины должны были давать «береговую клятву», от которой теперь не освобождались даже священники.

Янтарная регалия Испанская мантия
«Испанская мантия».  Равенсбург, XVII век. Удивительно, но на нижней картинке, изображающей преступления, наказываемые сим чудом пыточного дела, изображён гражданин с сачком в руках, очень напоминающим те, которые используются до сих пор «ловцами янтаря». Источник: Википедия.

В 1762 году при Фридрихе Великом наказания стали ещё мягче. Смерть или высылка из страны больше не практиковались. Но тюремное заключение (от 8 дней до 4-х недель) на хлебе и воде, да в придачу с поркой типа «здравствуй и прощай» (т.е. в начале и в конце срока) было в ходу. Иностранцам, задержанным на берегу, в независимости от того, были ли они уличены в контрабанде янтаря или нет, грозила либо «испанская мантия» (приспособление в виде конусообразной бочки без дна и с отверстием для головы с другого конца, надеваемое на туловище наказанного), либо пара дней заключения всё на тех же хлебе и воде.

Ситуация изменилась лишь в 1807 году, когда янтарная регалия была передана нескольким купцам. Жители побережья были освобождены от подневольных работ по сбору и перевозке янтаря, как и от осмотра своих жилищ. А в 1811 году местным жителям также было позволено собирать янтарь. В 1837 году Фридрих Вильгельм III отдал всю добычу янтаря в районе Данцига на откуп прибрежным общинам за 10000 талеров. Доходы казны от янтарных привилегий уменьшилась, но зато на побережье стали появляться морские курорты и люди могли свободно приезжать к морю.

Но свободный сбор и добыча янтаря были по-прежнему под запретом. К примеру, изданный в 1924 году Прусским государственным министерством закон, регламентировавший все формы добычи и сбора янтаря, подразумевал для нарушителей штрафы и тюремное заключение. Даже случайно найденный на пляже янтарь должен был быть сдан в специальный пункт сбора. Формально запрет на свободный сбор янтаря на побережье был снят лишь в 1945 году. Следует отметить, что, например, в Дании также первоначально существовал запрет на свободный сбор янтаря, который был отменен, правда, уже в 1843 году. До этого же нарушители подвергались наказаниям вплоть до тюремного заключения.

К слову сказать, многочисленные «ловцы янтаря», появляющиеся во время штормов на побережье Калининградской области, никаких законов не нарушают, поскольку они всего лишь «собирают» то, что выбрасывает на берег море. Запрещена незаконная добыча янтаря, и поэтому постоянно на слуху случаи задержания полицией «чёрных копателей». Но, как вам теперь уже известно, даже смертная казнь не отвращала людей от контрабанды «северным золотом».

 

 

 

 

Источники:

 

Википедия

Georg Hermanowski. Ostpreußen — Lexikon. Augsburg, 1996.

Kerstin Hinrichs. Bernstein, das “Preußische Gold” in Kunst- und Naturalienkammern und Museen des 16. – 20. Jahrhunderts. – Berlin, 2007.

Karl Engelhard. Der Bernstein. 1874.

 

 

 

 

 

Городской лесопарк «Фихтенвальде» в Гумбиннене

Городской лесопарк «Фихтенвальде» в Гумбиннене

Ещё в конце 19 века на той территории, где ныне простирается городской лес, называемый жителями Гусева «Грэсовским», находился большой пустырь, напоминавший песчаные ландшафты Балтийской или Куршской косы.

Лесопарк возник на окраине города Гумбиннена благодаря неравнодушным людям из «Гильдии сплавщиков леса». Они выкупили песчаный пустырь и, постепенно засаживая его лиственными и хвойными саженцами, за несколько лет преобразили участок. Заключив договор с Гильдией город только выиграл в экономическом и культурном плане. В конечном итоге, сплавщики превратили переданный им участок бросовых песчаных земель в прекрасный лесопарк, который стал в последствии излюбленным местом отдыха горожан.

12 мая 1900 года состоялось открытие лесопарка «Фихтенвальде» (Fichtenwalde — Еловый лес). В парке имелись ухоженные тропинки для прогулок, аллеи с местами отдыха, несколько кафе.

 

Парк Фихтенвальде park fichtenwalde gumbinnen
Парк Фихтенвальде, Гумбиннен.

 

Стоит немного остановиться на самой «Гильдии сплавщиков леса». Она была основана в 1844 году. Главной целью деятельности гильдии была поставка древесины из Роминтской пущи до Гумбиннена и далее до Кёнигсберга. Каждую весну, в паводок, Гильдия сплавляла по рекам заготовленную ранее древесину, которой, кстати, отапливались все учреждения Гумбиннена. И именно из Пущи  были доставлены саженцы для будущего лесопарка Фихтенвальде. Распущена Гильдия была в 1913 году, с развитием железнодорожного сообщения в Роминтской пуще.

 

Лесопарк Фихтенвальде Ausflugslokal Jodlack Grossen Sandberg Gumbinnen
Кафе «Гроссен Зандберг» в парке Фихтенвальде.

 

Именно сплавщикам леса, сделавшим городу прекрасный подарок, в знак благодарности был установлен памятник в центре парка Фихтенвальде. Сам памятник был сложен из тёсанных камней, с установленной в центре чёрной плитой с надписью: «Этот лес заложен в мае 1900 года Гильдией сплавщиков леса». Далее шло перечисление 14 фамилий людей из гильдии сплавщиков, благодаря которым и возник этот парк. А ниже были следующие слова: «Лес — это наше богатство, берегите его! Его очень сложно вырастить и очень легко уничтожить» (эти слова не потеряли актуальность и по сей день. — admin).

 

fichtenwalde denkmal
Памятник основателям парка Фихтенвальде из «Гильдии сплавщиков леса».

 

Denkmal
Памятник был создан из отёсанных валунов.

 

Памятник сплавщикам в годы Второй мировой уцелел. Уже в советское время скульптор Н.П.Тищенко использовал его в качестве постамента для   памятника Герою Советского Союза Юрию Смирнову, который в наше время находится на территории воинской части, на улице Ю. Смирнова.

Вот описание этого памятника из книги «История войн 20 века в памятниках их участникам»:

«На высоком постаменте из тесаных камней установлен бюст – поясное изображение Ю.В. Смирнова со связанными за спиной руками. На постаменте укреплена мемориальная плита с надписью: «Герой Советского Союза гвардии рядовой Смирнов Ю.В. 1925-1944». Бюст выполнен из камня. По обе стороны от него и вдоль дорожки, ведущей к памятнику, на высоких постаментах установлены 16-ть бюстов Героев Советского Союза, проходивших службу в 18-й и 26-й стрелковой дивизии 11-й армии. Бюсты выполнены из металла. Площадка и дорожка вымощена тротуарной плиткой.»

 

памятник смирнову
Памятник Ю. Смирнову

 

памятник смирнову гусев
Аллея Героев

 

И если раньше (видно на довоенном фото) памятник стоял окружённый елями, то сейчас стоит в окружении Героев Советского Союза. Это один из примеров использования различных немецких памятников и их элементов в советской действительности.

Лесопарк Фихтенвальде пользовался популярностью у жителей Гумбиннена. В тёплое время года можно было погулять по тропинкам, отдохнуть на лавочке на аллее или перекусить в одном из кафе, а позже позагорать на песчаном пляже в центре леса. Зимой также можно были пройтись по расчищенным тропам или же побегать на лыжам.

В центре лесопарка находилось единственное напоминание о том, как выглядело это место до того, как к нему приложили руку сплавщики леса. Это место носило название «Большая песчаная гора» (Гроссен Зандберг) и уже из названия понятно, что оно собой представляло. Горожане часто приходили к этой горе как естественному песчаному пляжу.

 

Grossen Sandberg Gumbinnen
Большая песчаная гора — Гроссен Зандберг.

 

Stadtwald Gumbinnen
Гроссен Зандберг

 

Ещё одной достопримечательностью лесопарка был так называемый «Большой Валун» (Гроссер Финдлинг) — природный памятник, оставленный отступающим ледником миллионы лет назад. Ныне этот валун, несколько обрезанный, украшает привокзальную площадь Гусева как памятник войскам, штурмовавшим Гумбиннен в 1945 году.

 

Grosser Findling Gumbinnen
Большой валун — Гроссер Финдлинг

 

В настоящее время место, где стоял памятник сплавщикам,  заросло. Ходили слухи, что на этом месте была могила некоего «генерала», посему  бывшее основание постамента раскопано. Променад и аллеи также давно заросли, от кафе не осталось никаких следов.

 

 

 

Источники:

Grenz, Rudolf. Stadt und Kreis Gumbinnen. Kreisgemeinschaft Gumbinnen in der Landsmannschaft Ostpreußen e. V. Marburg/Lahn, 1971. Sticklies, Herbert u. Dietrich Goldbeck. Gumbinnen Stadt und Land. 2, unveränderte Auflage. 2 Bände. Bielefeld, 1996.